Два в одном, или мама, я беременна

Мама и дочьЖизнь налаживалась. Утром тошнило. На работе хотелось убить всех коллег, от которых пахло сигаретным дымом. Наибольшая опасность грозила компьютерщику, что курил прямо в кабинете. Ездить маршрутками стало катастрофой. Можно было не сомневаться — тест будет положительным. А вот реакция будущего отца???

Хотя ему еще рано знать. Пока более интересна собственная реакция. Вот скажем так — это же не первый раз. Но впервые было так давно, что вроде и забылось. Но это только так кажется. Как только начало тошнить, как все вспомнилось. Просто эти ощущения ни с чем не спутаешь.

Кому первому сказать — ему или дочери? Интересно в двадцать лет получить такой подарок — братика или сестричку … Еще интереснее мне. Никогда не было таких подарков на восьмое марта. Да что уж там. Что Бог дал — то в сумку … Или как там говорят? О подводной лодке …

Значит, для себя я все уже решила. Решительная такая … А если он скажет «нет»? Или ничего не скажет, а просто тихонько закроет за собой дверь и уйдет? Кто его осудит? Он меня на пять лет моложе

… Он себе еще сто таких найдет. А если и не таких, иных — все равно найдет. Без проблем. Без детей, без прошлого, без напряжения. Что тогда? Повлияет ли это на мое решение?

И чего бы это должен был говорить мне «нет»? Ну что он — законченный негодяй? А что другую найти может — то и сейчас может, но не ищет? Говорит, что любит. Говорит, что ему хорошо. Почему должно быть нехорошо? Оттаяла. И расслабилась … Вот плохо мне было так, как было? Мысли какие-то странные стали появляться … Мимо тележки с детским спокойно пройти не могла. Девочка-куколка или мальчик-воробышек … Снилось уже. Колыбельные в голове крутились. Сижу на переговорах, а у самой в мысли «спи, маленький, спи, дитятко, над тобой ангелочек» … Ужас.

И чего не упоминались проблемы, связанные с беременностью, родами, бессонные ночи! Бантики только в голове. А сейчас вспомнилось. Очереди под кабинетами, страхи какие, которыми тебя грузят все кому не лень. То гемоглобин, то давление, то аритмия, то угроза. То просто перестраховываются врачи и словами непонятными тебя забрасывают … Кровь пьют шприцами. У них конвейер. Они тебя почти не видят. И не нужна ты им. Просто статистика. Даже в карточке есть графа «ребенок жив / мертв». Нужное подчеркнуть. А ты ходишь, как танк с прицепом, и ревешь, как корова. Ибо изменить ничего не можешь. Тупая зависимость. А потом тебя хранят. Как овощ …

Белые палаты с такими же тяжелыми тетками — лежат они, как тюлени на берегу, еле переворачиваются с боку на бок. Ждут. И рассказывают друг другу всякие истории на тему «Есть ли жизнь после родов». А на стенах — плакаты с тетками. И детьми. И снова с тетками. И снова с детьми … Хотя бы каких мужиков-культуристов с голыми торсами кто повесил! Нет — отовсюду давит культ материнства и детства. И снова отовсюду страхи … И ожидания. И куча яблок в тумбочке у кровати. И валериана на вечер всем. Без исключения.

А тогда засветит тебе свет в конце тоннеля. Поздравляем. Плачет? Прикладывайте к груди. Икает? Прикладывайте к груди. Завтра выпишем. И чаще прикладывайте к груди! Сидишь ночью, колышешь и думаешь: «Чего тебе не спится?

Этого хотелось? Об этом не думалось. Природа хитра. А мы дураки. Ну и пусть. У меня любовь. И положительный тест с двумя черточками. Я не первая. И не последняя. А в стране демографический кризис. Сегодня же объявить всем. Просто за ужином. Между пловом и тортом. Торт не забыть купить. Ой, при одной мысли о сладком тошнит …

… Я приняла решение. Варила ужин и пела себе под нос очередную веселую колыбельную. Стоило бы купить диск со специальной музыкой для беременных и их животиков. До чего дошел прогресс … С животом нужно разговаривать, потому что он не просто так — он слышит, а потом узнает голоса. Ему можно рассказывать сказки и учить по ним математику. Филиал сумасшедшего дома. Но классно. И весело.

Дочке можно было бы рассказать прямо сейчас. Она дома. Сидит в своей комнате задумчивая и тихая. Видимо, очередная любовь. Или проблемы в университете. Ничего, сейчас попьем чаю и поговорим. Как женщина с женщиной …

… Когда она зашла в кухню, я почему-то подумала, что слишком давно с ней не разговаривала. И вообще давно на нее не смотрела. Внимательно. Иногда личное заслоняет нам весь мир. И тогда мир кажется неизменным и проблемным. У меня все хорошо — все хорошо у всех. Все счастливы. Иначе не может быть. А сейчас я присмотрелась внимательнее. И пришла к пониманию, что вот-вот небо упадет мне на голову. У нее в глазах отражалось то же, что и в моих. Я уже знала, что она скажет …

— Мама, я беременна …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.