Побег из ада

НасилиеСоциологи говорят, что у 80 процентов семей встречают проявление домашнего насилия. Причем насилие — это не только, извините, проблема вроде «бить или не бить?», но и грязная ругань, угрозы, запугивание, пощечины, шантаж, финансовые притеснения. Жаль, что таким образом заканчиваются истории замечательной и, казалось бы, вечной любви … Ирина — героиня сегодняшней страницы «Он и она». Ее история, впрочем, закончилась счастливо — обиженная и едва не забитая до смерти, она не захотела стать боксерской грушей для отброса и выбралась из жизненных проблем. И рассказала об этом нам.

Побои-успокаивание

… Поженившись, мы с Мишей жили в моей однокомнатной квартире. Он работал прорабом на стройке, я — кассиром. Денег, конечно, хватало, но я готова была экономить. Через два года у нас родилась Таня. Я никогда не просила у мужа чего-то чрезвычайного. Хотела одного: чтобы он о нас заботился, чтобы не был грубым. А о какой заботе можно говорить, если впервые поразил меня, когда дочери было два месяца? Я постоянно сидела с ребенком дома одна, ужасно уставала. Мужчине же нужно было приготовить и первое, и второе, и десерт, постирать и ему, и ребенку. От стирки кожа на пальцах трескалась до крови. Я пожаловалась ему, расплакалась. И он меня … избил.

Не могу сказать, что мы жили очень плохо. Нет. Каждый раз после побоев он вел себя кротко, приносил деньги — откупался. Но время от времени между нами вспыхивали скандалы. Я кричала. Почему женщина кричит? Этим она демонстрирует меру собственной обиды. Это единственный шанс защититься. Мужчины дерутся. Женщине остается кричать … Избиение он объяснял просто: «Я тебя не бил! Я тебя успокаивал! Вот мужчина на улице женщину ногами бил — это, понимаю, бил! Тебе, может, такое и помогло бы … Но я тебя люблю! Поэтому просто успокаиваю … »- говорил муж, а я корчилась от боли. Он убеждал, что я сама виновата в том, что заставляю его меня «успокаивать». Теперь думаю: Михаил был неплохим боксером, может, это он на мне удары отрабатывал? ..

Дочь пыталась защищать меня, но тоже попадала под горячую руку. Так она и росла в постоянном страхе …

1998 года в нас родился мальчик. Я не рожала для того, чтобы объединить семью. Просто не верила, что это возможно. Рожала для себя, потому что очень хотела сына.
Ребенок — это, конечно, новые затраты. Находясь в декретном отпуске четыре года, постоянно выслушивала от мужа, что я никто, ведь не зарабатываю денег, а только трачу их, хотя за этот период приобрела для себя всего-навсего … комнатные тапочки. Побои не прекращались. Я обращалась в милицию. Они составляли акты о побоях, но что с того? ..
После декрета устроилась на работу бухгалтером. Больших прибылей это не давало, а поведение мужчины становилась все более неконтролируемым, побои — частыми и жестокими.

Поиски смерти

Я не хотела, чтобы мои дети переняли модель поведения родителей. Боялась, что сын, когда вырастет, будет издеваться над женой. А дочка, став жертвой насилия со стороны мужа, терпеть, воспринимая это за норму. Я так истощилась и отчаялась, что начала подыскивать в городе многоэтажку, с которой можно было бы броситься и сразу убиться. Самоубийство представлялось тогда единственным возможным вариантом. Я решила забрать сына Павла с собой. Таня уже была большая, и я просто не справилась бы с ней. Хотела поступить так не потому, что не люблю своих детей. Наоборот! Просто не хотела, чтобы они страдали …

Слава Богу, мне не хватило мужества поделиться собственными переживаниями с сотрудницами. Они поддержали меня морально. Находиться в одной квартире с мужем было невыносимо, поэтому забрала сына и ушла жить к маме. Дочь осталась с отцом. В тот период я решила сделать то, чтобы доказать себе собственную состоятельность быть самостоятельной. Я выбрала то, что представлялось наиболее трудным и нереальным: пошла на водительские курсы. И у меня все получилось! Убедилась: если могу научиться водить машину, научусь управлять и собственной жизнью.

Вода камень точит

Любое терпение лопается. И если я терпела очень долго, то случившееся летом 2001-го, убедило меня, что лицо, с которым я жила, не стоит называться моим мужем.
Я всегда прощала и возвращалась. Так случилось и на этот раз. Был конец мая. Вернувшись с работы, Михаил сказал, чтобы я быстрее давала ужин, а сам пошел за хлебом. Торопясь, включила газ на плитке. Человек не заботился о нашем быте, и это сказалось: я повернулась спиной к плитке, огонь увеличился сам, и одежда на мне загорелась. Забежала в ванную, чтобы облиться, а воды нет (тогда как раз ее перекрыли). Начала кататься по полу, но огонь не стихал. Потом я сорвала с себя юбку и футболку … Вернулся муж, вызвал «скорую помощь». Меня забрали в ожоговое отделение. Врачи настаивали на ксенопластике — пересадке кожи.

Нужны были деньги, а Михаил сказал, что не имеет нужной суммы. Тогда средства помогли собрать мои родители, родственники. Меня вылечили, хотя медики прогнозировали, что умру (об этом я узнала позже). Я вернулась домой. Однажды, убирая, нашла в бумагах чек на сумму, необходимый для операции. Он был датирован двумя днями спустя, как я попала в больницу. Это был первый взнос за автомобиль, который мой муж купил, когда я лежала в больнице. Наверное, тогда я пережила наибольший шок в жизни.

… Я подала документы на развод. Судья вынес решение в первом же слушании. Мы официально развелись. Бывший жестоко «поблагодарил» мне за это побоями …
Впрочем, он и дальше жил с нами в квартире и вел себя так же грубо. Мне не хватало мужества выгнать его. К тому же боялась, что не справлюсь сама.

Два года назад знакомые посоветовали обратиться в Центр поддержки общественных инициатив. Я колебалась, но мужчина угрожал забрать квартиру и детей через суд, поэтому обратилась в Центр с надеждой, что там мне помогут. Он стала для меня не просто утешением. Психолог Тамара и координатор антикризисных программ Татьяна помогли поверить в себя, а самое главное — не бояться ломать стереотипы. Юристы научили отстаивать собственные права, предоставили консультации, помогли составить процессуальные документы и обжаловать в суде право собственности на имущество, в частности на квартиру, установить обязательства выплачивать алименты.
В апреле Михаил выписался из квартиры. А впоследствии покинул жилище. Теперь он ушел из моей жизни навсегда …

Вместо эпилога

Когда вижу женщин, которые находятся под полной властью мужчин, помню себя два года назад. Я тоже верила в угрозы. Теперь говорю знакомым, что не стоит бояться и беспрекословно верить словам мужчин, которые угрожают, что заберут детей, лишат финансовой поддержки. Такие слабые особи всегда только обещают! Когда-то он похвалялся звездочку с неба достать, а теперь хочет отобрать детей. Не верьте! Никто не допустит этого! Вы можете защитить себя и детей!

Женщины должны осознавать, что они не обязаны терпеть, страдать, прощать тем, кто вовсе их не ценит! Нужно найти в себе силы противостоять трудностям и насилию. Сама сущность женщины прямо противоположная насилию! Нельзя забывать о своей обязанности на этой земле. Опустив руки и позволив манипулировать жизнью, вы никогда не сможете быть счастливы! А каждый человек имеет право на счастье. Отстаиваете ваше право!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.